«Cпрос в Азии стабилен»

05 ИЮНЯ 2020 | Коммерсант | Ольга Мордюшенко

О том, как коронавирус повлиял на нефтехимический рынок, а также о влиянии сделки ОПЕК+ “Ъ” рассказал генеральный директор СИБУРа Михаил Карисалов.

— Что происходит с основными сегментами бизнеса компании в этом году, с учетом коронавируса?

— Наши объемы продаж по базовым полимерам за пять первых месяцев текущего года существенно выросли. В первую очередь благодаря объемам «Запсибнефтехима» в первом квартале наши продажи полипропилена прибавили на 87,3%, а продажи полиэтилена — более чем на 100%. Это обеспечило рост выручки сегмента почти на треть, хотя цены снижались. Спрос со стороны медицинской и пищевой промышленности вырос и, возможно, останется на новом уровне в обозримом будущем. Мы увеличили поставки полипропилена для производства защитных медицинских изделий, разработали новые марки полиэтилена для производства медицинской упаковки, сохраняя цены для медицинских марок на минимальном уровне. Продажи пластиков и продуктов оргсинтеза также прибавили в объеме 5,6% благодаря расширению портфеля продуктов. Наш углеводородный бизнес переживал эти времена намного сложнее, упал спрос, было заметное снижение цен. Но в мае мы увидели рост спроса на сжиженные углеводородные газы на фоне снятия части карантинных ограничений и начала сезона в сегменте автогаза.

— Влияют ли сделка ОПЕК+ и сокращение добычи нефти на поставки попутного нефтяного газа (ПНГ) СИБУРу?

— Сокращение добычи нефти в России действительно может временно отразиться на поставках ПНГ от нефтяных компаний. Но в текущих условиях основной вызов, скорее, на другой стороне цепочки — в колебаниях спроса и цены на различные продукты нефтехимии, СУГ, нафту. Кроме того, отмечу, что ПНГ не единственный источник сырья для компании.

— Сокращала ли компания штат в связи с пандемией?

— Мы приняли пакет антикризисных мер, в том числе чтобы сохранить рабочие места сегодня и возможности для работы в будущем, перераспределяем персонал. Где-то уменьшается численность, по каким-то направлениям, напротив, ведем набор специалистов.

— Как повлияло на вас закрытие Китая на карантин?

— Безусловно, влияние было, но последние полтора месяца мы видим стабильный спрос на азиатском направлении. Китай активно восстанавливается, что позволяет нам перенаправить туда основные объемы химической продукции. Другой вопрос, каковы пределы восстановления китайской промышленности. Что касается наших перспективных проектов с Sinopec, то они пока на ранних стадиях: текущая ситуация на их проработку не повлияла, а стратегические перспективы будем анализировать с учетом развития ситуации и долгосрочных трендов. Планы по созданию СП на базе Амурского ГХК также в силе.

— Вы увязываете принятие инвестрешения по Амурскому ГХК с получением обратного акциза на СУГ. Минфин предлагает закрепить эту субсидию на уровне 4,5 тыс. руб. на тонну. Как вы относитесь к такому варианту?

— Насколько мы понимаем, обсуждение текста федерального закона еще ведется с учетом аргументов Минэнерго и бизнеса. Акциз в названном вами размере нельзя считать достаточным для выравнивания условий переработки разных видов нефтехимического сырья и стимулирования новых проектов.

— Насколько сильно повлиял коронавирус на ситуацию на нефтегазохимическом рынке?

— Нефтехимия циклична, как, в общем-то, многие индустрии. Еще до всей этой ситуации с вирусом глобальная нефтехимия вошла в понижающую фазу цикла. Сейчас в условиях низкой маржинальности ряд проектов, например в США, откладываются или, возможно, будут отменены, а загрузка существующих мощностей снижена, что в перспективе, думаю, позволит сбалансировать спрос и предложение. Что касается текущего спроса, по мере ослабления карантина прогнозируется его восстановление по большинству продуктов во второй половине года. Наиболее пострадавшие отрасли—потребители продукции нефтехимии на текущий момент — авиаперевозки, автопром и строительство. Меньше пострадали потребительские товары и электроника. Есть и отрасли, которые демонстрируют и положительную динамику,— медицина и упаковка. В целом большинство аналитиков сходятся в том, что по этому году мировой спрос на базовые полимеры останется на уровне 2019 года.