Россия строит будущее своей нефтегазохимии

18 ИЮНЯ 2020 | РИА "Новости" | Александр Собко
Два будущих газохимических комплекса — на востоке (Амурская область) и на западе (Ленинградская область) страны — все чаще оказываются в центре внимания информагентств. У обоих проектов много общего. Речь идет о выделении из природного газа тяжелых, более ценных углеводородов с последующей переработкой их в продукты нефтегазохимии — в первую очередь это полимеры. Оставшийся газ пойдет на экспорт.

Газ по трубопроводам будет доходить из Восточной и Западной Сибири до пограничных районов (Амурская и Ленинградская область соответственно), где и поступит на переработку. Тут необходимо пояснить, что в каждом из проектов будет реализовано два различных последовательных производства.

Сначала природный газ попадает на газоперерабатывающий завод (ГПЗ), где из него выделяют метан и прочие компоненты: этан, пропан и более тяжелые углеводороды. Именно они уходят в качестве сырья уже на газохимический комплекс (ГХК), где из них будут производить продукты нефтегазохимии, преимущественно это полиэтилен, а также другие полимеры. На первом этапе газопереработки — то есть, по сути, разделения компонентов — самой сложной задачей оказывается выделение этана. В США (да и в других странах) этан зачастую вообще не выделяют, так как средства, вырученные от его продажи, иной раз не окупают расходы на это разделение. Сложно выделять и гелий, извлечение которого будет производиться в восточном проекте, на Амурском ГПЗ. Гелий, разумеется, не имеет никакого отношения к углеводородам и не будет сырьем для газохимии, но он ценный продукт сам по себе.

В описанных случаях ГПЗ и ГХК — технологически связаны, но не являются единым целым. Более того, важно отметить, что у них будут даже разные собственники. На востоке строящийся газоперерабатывающий завод принадлежит "Газпрому", а газ поступает на него по "Силе Сибири". Оставшийся после разделения компонентов метан пойдет в КНР (как происходит и сейчас, только пока туда экспортируется все топливо без разделения, благо объемы поставок сейчас невелики), а полученные более тяжелые углеводороды попадут далее на газохимический комплекс, который уже будет находиться в ведении "Сибура" (точнее, планируется СП с китайской Sinopec, которая получит 40%).

Данному вопросу уделяется много внимания, поскольку стоимость этана — предмет переговоров. Этанопроводы в России существуют, но это история скорее экзотическая. Экспорт этана у нас не планируется, поэтому два производства — ГПЗ и ГХК — взаимозависимы. Все это говорит о том, что стороны, пусть и с применением формул, по стоимости сырья договариваются в индивидуальном порядке в рамках долгосрочных контрактов. А значит, та или иная стоимость этана, да и других углеводородов, которые попадают на ГХК, способна смещать экономику связанных проектов от одного к другому.

Стоит также напомнить, что принятие окончательных инвестрешений по газохимическим производствам увязано с документом (пока не утвержденным) по госсубсидии, так называемому обратному акцизу. Государство должно получить эти средства обратно через налоговые выплаты с новых производств. Как ожидается, субсидия будет равна девяти тысячам рублей за тонну этана. Сумма достаточно внушительная, это около 130 долларов за тонну. Для сравнения: цены на готовую полимерную продукцию составляют одну-две тысячи долларов за тонну в зависимости от ситуации на рынке и вида продукции.

На какой же стадии реализации находятся оба проекта?

Восточный — в большей степени готовности. Газохимический комплекс пока только ожидает окончательного инвестрешения. А непосредственно газоперерабатывающий завод вовсю строится, сделано уже больше половины. Очередной груз — колонны газоразделения (длиной, кстати, в 88 метров) — в данный момент плывет на стройплощадку.

На западном направлении пока все только начинается. В начале июня был заключен контракт на строительство комплекса по переработке и сжижению газа с российской компанией НИПИГАЗ, а прошлой осенью — контракт на проектирование и строительство непосредственно газохимического комплекса с китайской CNCEC.

Традиционно интересно отслеживать участие в стройках оборудования российских производителей. Доля импортного в подобных крупнотоннажных производствах традиционно велика, но используется и отечественное. Например, 20 тысяч тонн металлоконструкций — с завода в Белгороде. Поставщик всех криогенных технологий — один из лидеров сектора, немецкая Linde. А такие важные элементы, как теплообменники, производятся на совместном предприятии Linde и "Северстали". Российского происхождения также и часть резервуаров для хранения продукции.

Использование импортного оборудования — неприятная необходимость, но и здесь можно найти плюсы, поскольку удалось получить выгодные займы под гарантии экспортно-кредитных агентств. Большинство крупных проектов строится в значительной степени на кредитные средства. И стоимость этих займов прямо влияет на доходность будущих производств. Вопросы с финансированием оставшихся, еще не строящихся, производств остаются открытыми. "Сибур" недавно выпустил рублевые облигации под 5,5%, что говорит о возможностях компании занимать под низкий процент. Что касается проекта ГХК в Ленинградской области, то недавно глава ВЭБ.РФ Игорь Шувалов предложил, что здесь можно создать фонды коллективных инвестиций, где будут участвовать все желающие россияне.

Так или иначе, новая газохимическая история в нашей стране только начинается. Профильный вице-премьер Юрий Борисов на днях рассказал, что "в какой-то степени влюбился в нефтегазохимию", так что высока вероятность того, что закон об обратных акцизах, отсутствие которого и сдерживает принятие инвестрешений по нескольким производствам в нашей стране, будет принят уже в этом году.