Замкнутый круг ресайклинга

01 ИЮНЯ 2020 | N+1 | Анастасия Шартогашева

В XXI веке мусор – давно не мусор, а товар. Ему можно вернуть часть рыночной ценности и снова пустить в оборот. Правда, для этого нужно приложить усилия: разработать технологию переработки, найти применение вторсырью, построить экономику замкнутого цикла. В России этот процесс идет медленнее, чем хотелось бы, и мало освещается в СМИ, поэтому в существовании индустрии переработки отходов многие россияне вообще сомневаются. Но она есть: перерабатывающие заводы работают, а их продукция находит покупателей. Вместе с компанией СИБУР и другими экспертами разбираемся, как устроена отрасль, что с ней сейчас происходит – и нужно ли на самом деле сортировать бытовые отходы.

Новая оседлость, навязанная коронавирусом, сказалась и на мусорной отрасли. С 23 марта офисные работники перешли на удаленку и стали производить отходы дома вместо офиса. Через неделю закрылись все точки общепита. И производство ТКО (твердых коммунальных отходов) окончательно переехало в жилой сектор.

В первую неделю действия ограничений на передвижение количество мусора в контейнерах между жилыми домами увеличилось на 15 процентов (данные московского и подмосковного оператора по вывозу и утилизации отходов «ЭкоЛайн» и «ЭкоЛайн Воскресенск»), а к концу апреля перевалило за 30 процентов. Часть этой прибавки обеспечили новые привычки самоизолированных: в период вынужденного безделья многие принялись разбирать балконы и антресоли, избавляться от ненужных вещей, чаще заказывать ресторанную еду и выбрасывать от нее упаковку (часто избыточную).

Даже у самых благонамеренных граждан в период действия ограничений возник конфликт ценностей. Выйти из дома, рискуя распространить коронавирус, или заказать продукты с доставкой, зная, что они приедут в нескольких лишних слоях упаковки? Готовить дома или поддержать любимое кафе, заказав у них еду с доставкой – опять-таки в контейнерах и пакетах? Правильного ответа на эти вопросы нет и не может быть до тех пор, пока мы живем в экономике, которая поощряет потребление. Но разрешить конфликты можно, вернув отходы в экономику, превратив их в сырье для производства новых товаров.

Куда уходят отходы?

Что можно сделать с бытовыми отходами? Специалисты по устойчивому развитию выделяют три главных варианта: выбросить, сжечь или переработать и использовать снова. Здесь «выбросить» равнозначно «закопать» на специально подготовленном полигоне. На нем есть система защиты сточных вод, полигон безопаснее для окружающей среды, но экономический принцип у него такой же, как у стихийной свалки: отходы навсегда теряют ценность.

У сжигания ТКО есть несколько преимуществ по сравнению с отправкой на свалку: оно уменьшает объем отходов и не требует таких больших площадей, как организация мусорных полигонов. Если энергию горения использовать для производства электричества, то можно вернуть по крайней мере часть ценности утилизированных материалов.

Российское законодательство (статья 1 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления») приравнивает сжигание отходов с получением энергии к другим методам утилизации, в том числе к рециклингу (повторному использованию по назначению) и регенерации (переработке и возврату в производственный цикл). Здесь терминология закона и общепринятая расходятся: как правило, рециклингом называют не повторное использование вещей по назначению (как бутылочки на молочной кухне), а как раз то, что в тексте ФЗ называется «регенерацией», – обработку и возврат в производство в виде вторсырья.

Во всем мире, согласно общепринятой иерархии обращения с отходами, на первое место ставят принцип предотвращения и снижения образования отходов. Далее предпочтение отдается вторичному использованию и переработке (recycling), а уже за этими методами следует сжигание (waste to energy). Наименее предпочтительным вариантом обращения с отходами является метод полигонного захоронения отходов.

В Европе и США стараются производить больше вторсырья, но и сжигают тоже много. В Японии же из-за недостатка территории почти весь мусор сжигают, дым улавливают и очищают, а сажу используют как стройматериал для искусственных островов.

В России о выборе между сжиганием и переработкой говорить пока рано – в стране преобладает полигонное захоронение отходов. Больше 90 процентов твердых коммунальных отходов отправляется на свалки и мусорные полигоны, только около пяти процентов сжигается, с получением энергии и без, и меньше одного процента перерабатывается во вторсырье.

Такая маленькая доля переработки связана вовсе не с технологической отсталостью: в стране больше 200 мусороперерабатывающих заводов, но их мощности не бывают полностью загружены – не хватает сырья. Сырье для заводов, перерабатывающих полимерные отходы, – это главным образом отсортированные отходы использованной тары и упаковки. Их дефицит в стране приводил даже к тому, что перерабатывающие предприятия импортировали качественное (читай: тщательно отсортированное) сырье из-за границы. По данным журналистов РБК, в 2018 году Россия завезла импортного вторсырья на 20 миллионов долларов.

В последние год-полтора в отдельных регионах проблему нехватки сырья начали решать: с января 2020 года в Москве, за год до того в Московской области, еще раньше – в некоторых регионах Центральной России заработали опытные системы раздельного сбора отходов (РСО). Одновременно ввели в эксплуатацию линии сортировки твердых коммунальных отходов. Это первые попытки создать в стране замкнутый круг ресайклинга (рециклинга), который начинается с раздельного сбора и сортировки отходов и заканчивается производством новых товаров из переработанных материалов.


Шаг 1. Собрать и увезти: зачем нужен раздельный сбор

Самый удобный для переработчика вариант сбора отходов – это когда потребитель отправляет каждую использованную вещь в свою корзину: тетрапаки – к тетрапакам, пластиковые бутылочки – к таким же бутылочкам, а крышки от них, сделанные из другого сорта пластика, – к крышкам. Этот формат разгружает сортировочные мощности, которые в любом случае не всесильны: из общего потока смешанного мусора можно отсортировать не больше 30 процентов материалов.

Внедрить раздельный сбор в России технически возможно в любом регионе, объясняет управляющий партнер группы компаний «ЭкоТехнологии» Константин Рзаев: «Главное в этом деле – договориться с локальной вывозящей компанией, желательно – с региональным оператором, чтобы мусоровозы отвозили раздельно собранный мусор по нужному адресу. Такие договоры заключают и большие торговые центры, и мелкие частники – владельцы офисов и организаторы мероприятий». Компания «ЭкоТехнологии» этим и занимается – помогает своим партнерам выстроить цепочку от раздельного сбора отходов до использования вторичного сырья в производстве новых товаров.

«Сегодня содержимое цветных (для РСО) баков, как правило, отправляется на переработку не только потому, что у нас ответственные люди, а потому, что это выгодно. Полезные фракции, не смешавшиеся с мусором, можно дороже продать, а смешанный мусор нужно еще рассортировать, поэтому за его вывоз нужно платить», – объясняет Рзаев. По его словам, в последние несколько лет случаев, когда контейнеры для раздельного сбора устанавливались «для галочки», стало значительно меньше, потому что «люди поняли не только политический, но и экономический смысл РСО».

По словам пресс-секретаря «ЭкоЛайн» Оксаны Бачиной, после введения системы «двух баков» эффективность сортировочных линий в России увеличилась. Одно дело – искать пластик и макулатуру в общем потоке бытовых отходов, другое – сортировать чистый (без остатков еды и санитарного мусора) поток того, что люди сами отправили в синий контейнер для перерабатываемых материалов. Проблемы с «двумя баками» возникают только в случаях, когда люди неправильно сдают отходы или работники коммунальных служб игнорируют правила раздельного сбора (этим, по словам предпринимателя Ильи Цигельницкого, иногда грешат московские дворники).

Часто люди не разделяют домашние отходы потому, что уверены: оператор все равно все смешает в одну кучу и отправит на полигон. Это не так, объясняет представитель «ЭкоЛайн». Сначала оператор продумывает логистику и внедряет аппаратуру для раздельного сбора и только потом устанавливает баки. Кроме того, тратиться на установку контейнеров для раздельного сбора, не зарабатывая при этом на сбыте «чистых» раздельно собранных отходов, для оператора невыгодно.

Проекты узкоспециализированного сбора в России существуют в основном как частные, небольшого масштаба инициативы. Бизнес-центры и крупные оптовые сети устанавливают фандоматы для приема ПЭТ-бутылок, проект «Добрые крышечки» собирает крышки из полиэтилена высокой плотности, в центрах проекта «Собиратор» принимают у населения 55 видов отходов: от стеклотары до CD-дисков; а торговая площадка «Реактор» помогает многим компаниям реализовать вторичное полимерное сырье.

Во время действия мер против распространения коронавируса эти и подобные им инициативы вынужденно закрыли свои пункты приема. Пока действуют ограничения, страдают выстроенные цепочки поставки, а переработчики не всегда готовы принимать сырье, пока простаивают производства. Но пандемия закончится, проекты раздельного сбора снова заработают, и их можно будет поддержать, сдав накопившееся за время «самоизоляции».


Шаг 2. Взять и разделить: технология и экономика сортировки отходов

Подавляющее большинство сортировочных линий в России, да и в мире, ручные. Но есть и автоматизированные, на которых металл отделяется магнитом, механически отсеивается самая мелкая фракция, мусор продувается в баллистическом сепараторе и делится на тяжелый и легкий. Затем оптическая система сортирует пластики по сортам и/или цвету. На линиях с самой высокой степенью автоматизации люди-операторы работают только на первом этапе сортировки – отслеживают крупные или опасные, вроде газовых баллонов, предметы, которые могут испортить оборудование.

Закон запрещает к захоронению некоторые полезные компоненты, которые могут быть переработаны во вторичные материальные ресурсы. Однако данный запрет носит скорее формальный характер. Если полезные компоненты содержатся в составе ТКО, он не действует. Поэтому так важно, чтобы полезное сырье раздельно доезжало до сортировок, а не смешивалось в общей массе отходов (ТКО) и не направлялось напрямую на полигон.

Помимо этого, пластик нужно разделить по сортам: либо повторно сортировать полученную после первичной сортировки смесь пластиков, либо (и это предпочтительный вариант) разделять отходы еще до того, как они отправятся в мусорный бак.

«Технологическую цепочку необходимо выстраивать, исходя из нужд переработчика: важно понимать, какая степень очистки требуется потребителю вторсырья, и в соответствии с этим выстраивать работу линии сортировки. Сейчас около 80 процентов действующих в России сортировочных линий не дают сырья того качества, которое нужно для работы уже построенных перерабатывающих заводов. Во многом так происходит из-за отсутствия раздельного сбора отходов. Отсюда – недозагруженность мусороперерабатывающих предприятий по всей стране. Кроме того, выстраивая цепочку производство – переработка – производство, нужно обязательно замыкать ее», – рассказал эксперт по устойчивому развитию компании СИБУР.

Раздельный сбор позволяет сортировать вторсырье, получая на выходе не дешевую смесь, а несколько разных видов пластика. Такой подход решает проблему с переработкой всех видов пластика. Таким образом любой собранный раздельно и концентрированный полимер можно переработать, в том числе ПВХ (используется в оконных рамах) и полистирол.

«Безнадежной» часто называют многослойную упаковку из пластика и целлюлозы. На самом деле технологию для ее переработки шведско-швейцарская компания Tetra Pak разработала в конце 1980-х годов, а с начала 1990-х годов заводы по разделению пакетов из-под молока и соков появились по всему миру. В России сегодня действуют четыре: в Нижнем Новгороде, Липецке, Великом Новгороде и Тамбове.

Главная проблема с переработкой тетрапака в нашей стране не в отсутствии технологии и даже не в недостатке отсортированного сырья (многослойные пакеты отдельно собирают и сдают на переработку многие сортировочные линии и специализированные пункты приема, а также пункты приема макулатуры). Проблема в отсутствии замкнутого экономического цикла.

Конечных продуктов у завода по переработке тетрапака два: целлюлозная масса и алюминий-полимерная смесь. Поскольку для производства тетрапака используется качественная бумага, бумажное вторсырье тоже ценится и обычно сравнительно легко находит покупателя. С полиалюминием сложнее. Его можно использовать как сырье для изготовления кровельных материалов или дорожного покрытия, но сперва нужно подобрать состав и проверить качество.

Илья Цигельницкий, основатель проекта EcoProPen, создал проект как раз для того, чтобы создать спрос на полиалюминиевые гранулы и замкнуть цикл переработки тетрапака. В 2011 году он начал делать шариковые ручки, чуть позднее запустил производство блокнотов в полиалюминиевой обложке. В марте-апреле 2020 года, однако, у него начались «коронавирусные» проблемы: «Люди перестали сортировать мусор, носить упаковку на пункты приема, и цена сырья подскочила», – рассказал Цигельницкий. Вместе с ней выросла и стоимость полиалюминиевых гранул, и производство ручек пока нерентабельно.

Эксперты по устойчивому развитию уверены, что выстраивать циклическую экономику, в которой материалы проживают больше одной жизни, надо с помощью целого комплекса мер – не только за счет сортировки и перерабатывающих предприятий, но и за счет модернизации первичного производства, закладывая в каждый товар (и особенно в упаковку) возможность переработки.


Как замыкается круг

В замкнутом цикле жизни материалов выделяют два аспекта: экономический и технологический. Экономика – это распределение затрат на обращение с товаром после того, как он превратится в отходы. Уже обкатанный во многих странах Европы и несколькими российскими компаниями экономический механизм называется расширенной ответственностью производителя (РОП) за утилизацию произведенных им товаров.

Реализовать РОП можно по-разному: обязать производителя перерабатывать определенный процент своей упаковки – или платить кому-то за это. В рамках РОП компании устанавливают контейнеры для раздельного сбора, фандоматы и пункты приема использованной тары или делегируют сбор и переработку дочерним структурам. С 2018 года подзаконные акты к ФЗ «Об отходах производства и потребления» сделали возможным введение РОП в России, и многие компании («Балтика» и Danone в их числе) начали создавать соответствующую инфраструктуру. Сейчас ситуация меняется: с 2019 года Минприроды работает над новой концепцией РОП, которая предусматривает отказ от участия компаний в сборе и переработке своих товаров и введение экосбора за утилизацию всей произведенной упаковки.

Технологический аспект – это в первую очередь такой дизайн упаковки и самих товаров, при котором их легко собрать и переработать. Подходов много: можно, например, менять одни материалы на другие – «пузырчатую» пленку на бумажную из переработанного картона (так делает IKEA, разработавшая картонную упаковку при помощи российской компании СОЭМЗ). Здесь стоит отметить, что пластик сам по себе не зло, с которым нужно бороться. В приведенном примере преимущество новой упаковки состоит только в том, что она дает возможность использовать вторичную макулатуру. Пластмассы тоже перерабатываются, проблема здесь, скорее, в раздельном сборе – пластиков слишком много, и сортировать их сложно. Если ограничить производство несколькими видами, наладить их раздельный сбор станет намного проще, и в переработку пойдет большая часть упаковки.

Одни компании идут по пути параллельной разработки упаковочных материалов и способов их переработки, другие адаптируют свои материалы к существующим технологиям. Пример – работа немецкого концерна Henkel по разработке клеевых композиций, которые не влияют на возможность переработки склеенных ими деталей. Гиганты индустрии часто используют сразу все возможные методы. Coca-Cola, например, инвестирует и в предприятия, предлагающие новые технологии переработки, и в новые технологии компаундирования.


Шаг 3. Отмыть, расплавить или переварить: технологии переработки пластика

Самый старый, испытанный и популярный в мире метод переработки пластика – это термомеханическая переработка. Сырье очищают, дробят, прессуют, нагревают под давлением до расплавления и охлаждают, получая гранулированный продукт, из которого потом можно формовать новые пластиковые изделия. Качество этого продукта зависит главным образом от степени очистки исходного материала. Некоторые виды пластика (полиэтилен высокой плотности и полиэтилентерефталат, из которых делают упаковку продуктов и бытовой химии) выдерживают несколько циклов термомеханической обработки, другие (полистирол) – всего один-два, максимум три.

Продукты из них получаются тоже разные – и по физическим свойствам, и по химическому составу. Смесь пластиков, которую выдают российские линии сортировки, по закону нельзя использовать для производства пищевой упаковки. Но из нее делают много чего еще: объекты городской инфраструктуры (скамейки и тумбы), дорожное покрытие, бордюры, детские и спортивные площадки, дорожные знаки и вывески. Больший интерес, чем разнообразные бытовые отходы, для переработчиков представляют отходы коммерческих предприятий – они однороднее, их легче сортировать. Для того, чтобы отходы российских домохозяйств приобрели большую ценность для переработчиков, их количество и качество сортировки должно вырасти.

Кроме термомеханической переработки, выделяют еще несколько технологий получения вторичного пластика. Если в «механике» полимерным изделиям возвращают изначальную форму (обычно это гранулы, чипсы или агломерат), то при химической переработке материал возвращают к состоянию до полимеризации – превращают в смесь коротких молекул мономеров. В зависимости от того, в какой фазе происходит это превращение, химическую переработку разделяют на разложение с помощью химических агентов и газификацию.

Главное преимущество химической переработки – в возможности очистить смесь мономеров и, в теории, вернуть пластик к состоянию, из которого можно делать продукт, по качеству не уступающий первичному. Но пока что различными видами химической переработки занимаются только на уровне экспериментальных производств. Делать качественный пластик из восстановленных мономеров пытается, например, немецкий концерн BASF. А американские нефтехимические компании запускают тестовые производства, в которых сырьем служат пластиковые отходы, а конечным продуктом – углеводородное топливо. В России химической переработкой пластика пока только начинают интересоваться.

Перспективная, но пока далекая от реализации в промышленных масштабах – технология биопереработки пластика бактериальными культурами. Она может быть реализована как разложение пластика ферментами бактерий, одноклеточных грибов, червей или насекомых. Живые существа, способные разлагать пластики и даже использовать их как источник энергии, существуют. Но они делают это намного медленнее, чем нужно, чтобы их можно было использовать для утилизации мусора. Кроме медленной работы, биологические агенты отличаются прихотливостью к внешним условиям: справляются только с мелкой фракцией и при прочих равных предпочитают пластику другие продукты.

Некоторые надежды связывают с выделением ферментов, с помощью которых животные, грибы и бактерии разлагают пластик. Иногда эти ферменты удается искусственно усилить или сделать более устойчивыми к условиям среды. Но даже быстродействующие и устойчивые ферменты не устраняют необходимость сортировать пластик. Даже наоборот: биотехнология предъявляет к чистоте сырья повышенные требования. К тому же большинство биологических агентов перерабатывают полиэтилен низкого давления, из которого делают пластиковые бутылки, и обычно требуют специальной подготовки (измельчения, нагрева) – а это дополнительные затраты.


Шаг 4. Вернуть в строй: как вторсырье получает новую жизнь

Качество вторичного продукта всегда ниже, чем первичного. Поэтому недостаточно получить из мусора пластиковые гранулы. Важно еще и найти способ добавлять их в сырье для производства новых товаров так, чтобы их не компрометировать.

Полностью из вторичного сырья не делают почти ничего. Его доля может быть разной в зависимости от требований производителя (например, к внешнему виду товара) или законодательных ограничений на использование вторсырья (например, в пищевой упаковке и товарах для детей). Технологии компаундирования позволяют использовать больше вторсырья с минимальной потерей качества. Как правило, это достигается введением в смесь первичного и вторичного пластика вспомогательных добавок – пластикаторов и фиксаторов. Все это позволяет компенсировать потерю качества после переработки и вернуть полимеру по крайней мере часть его экономической ценности.

Универсальных рецептов для вторичных пластиков не существует. То, что сгодится для упаковки продуктов в одной стране, не пропустят санитарные власти другой, поэтому компаундированием нужно заниматься «у себя». В России этой задачей занимается открытый год назад исследовательский центр компании «ПолиЛаб» в Сколково. Там воссоздают процесс переработки и экспериментируют с новыми составами и технологиями смешивания.

Для вовлечения вторичного пластика в первичный продукт нужна не только технология, но и инфраструктура; ее в России пока немного, но новые предприятия будут появляться. Одним из наиболее перспективных проектов на сегодняшний день является производство первичной ПЭТ-гранулы с включением вторичного полиэтилентерефталата в Башкирии, которое прорабатывает СИБУР.


Что делают с медицинскими и гигиеническими отходами?

В апреле 2020 года нагрузка на больницы Москвы и Московской области выросла. Есть основания полагать, что выросло и количество мусора, производимого в больницах, в том числе в инфекционных отделениях, где лечат пациентов с COVID-19. Куда отправляются отходы из больниц, кто с ними контактирует и можно ли их перерабатывать, N + 1 рассказала Инесса Бармина, руководитель коммерческого отдела группы компаний «Управление Отходами».

«В России медицинские отходы – это особый класс отходов, порядок обращения с ними определяют отдельные СанПиН. По степени эпидемиологической или токсикологической опасности медицинские отходы делят на пять классов, из которых к твердым бытовым отходам приравнивается только класс А (например, отходы больничных канцелярий и пищеблоков)», – пояснила Бармина. Все остальное (органы и ткани, вакцины, инфицированные и потенциально инфицированные предметы, радиоактивные и токсичные материалы) утилизируются по особым правилам. Они обеззараживаются (горячим паром или микроволнами), а потом уничтожаются в больничной печи, либо после обеззараживания отправляются на полигон и захораниваются там.

Не все медицинские отходы образуются в медицинских учреждениях: домохозяйства тоже выбрасывают пластыри, бинты, шприцы, а еще – лекарства. Системы обращения с ними до сих пор не придумано, отмечает Инесса Бармина. Сложно даже сказать, представляет ли это проблему: так, исследование 2012 года показало, что лекарства из бытового мусора не проникают в грунтовые воды с полигонов. Правда, стоит учесть, что исследование проводилось при участии специалистов фармацевтической компании Merc. Гораздо большие опасения вызывают лекарства (и наркотики), попадающие в канализацию: иногда их обнаруживают в водах, прошедших очистные сооружения, а затем и в системе водоснабжения. После того, как в воде из-под крана стали находить антидепрессанты, в США заработала национальная инициатива по сбору неиспользованных медикаментов (National Take-Back Initiative).

Сейчас лекарства можно сдать в пункты приема, которые часто располагаются в отделениях полиции. Но проблему загрязнения воды это не решает, поскольку часть лекарств выводится из организма и поступает в канализацию. Единственный способ очистить воду от таких лекарств – оборудовать очистные дополнительными фильтрами.

СанПиН об обращении с медицинскими отходами защищает работников мусорной отрасли от контакта с инфицированными и токсичными отходами больниц. Но в период пандемии опасные отходы образуются не только в больницах, но и на дому. Весной 2020 года защита сотрудников от таких отходов легла на плечи операторов. Сотрудникам московского и подмосковного оператора «ЭкоЛайн», например, выдали средства индивидуальной защиты; работникам сортировочных линий, водителям и грузчикам перед началом смены измеряют температуру, раздают маски и респираторы, дезинфицирующие средства. Машины, по словам представителя компании, ежедневно обрабатывают антисептическим раствором.

Эффективность таких мер никто не измерял, поэтому судить о том, насколько они способны уберечь рабочих, трудно. Дополнительно защитить этих людей можно, соблюдая рекомендации Роспотребнадзора: собирать мусор, контактировавший со слизистыми, упаковывать его в несколько слоев полиэтилена, выдерживать трое суток на балконе и только потом выбрасывать в мусорный бак. Беспокоиться о дальнейшей судьбе таких отходов не имеет смысла: в соответствии с санитарно-эпидемиологическими правилами ни во время пандемии, ни до нее предметы гигиены, в том числе маски, перчатки и салфетки, не отбирались на сортировочной ленте. Такие отходы сразу отправлялись на захоронение или сжигание в составе мелкой мусорной фракции.


Зачем сортировать мусор?

Пока длился карантин, домохозяйства давали (по данным «ЭкоЛайн») на 30 процентов больше мусора, чем обычно, а операторы по обращению с отходами вынуждены были работать больше в условиях недофинансирования. Сказывается и временный простой коммерческих клиентов, которые не заказывали вывоз мусора, и падающая собираемость платежей за вывоз мусора с населения. А вот сортировать мусор, по свидетельству представителей операторов, меньше не стали. Пострадали только цепочки с участием точечных пунктов раздельного сбора, куда люди стали ходить меньше.

Впрочем, сортировать можно больше. Если в вашем регионе уже ввели раздельный сбор, стоит перечитать инструкции своего оператора: наверняка, в них найдется что-то, что можно внедрить в быт. 

Индивидуальные усилия по сортировке бытовых отходов не пропадают даром, объясняет автор аналитического Telegram-канала о мусорной отрасли Trash Economy: «На то, сколько мусора, произведенного городом, отправится на полигон, а сколько будет переработано, влияют несколько факторов: уровень автоматизации сортировочных линий, добросовестность оператора и его заинтересованность в сдаче отходов в переработку. И не в последнюю очередь культура раздельного сбора. Грязный или неперерабатываемый мусор, отправленный в бак для сбора перерабатываемых отходов, испачкает все, с чем окажется рядом, и снизит долю отобранного на сортировочной линии сырья. Но верно и обратное: чем больше население сдает чистого мусора, тем выше процент отсортированного вторсырья, тем качественнее это сырье, тем выше может оказаться его закупочная цена. Кроме того, заполненный грамотно отобранной чистой упаковкой бак для перерабатываемых отходов может убедить кого-нибудь из скептиков – тех, кто сомневался, что сограждане готовы к РСО. Поэтому сортировать нужно – и чем тщательнее, тем лучше».

Так, на качество вторсырья влияют кусочки пищи, поэтому перед сдачей в переработку упаковку стоит ополаскивать, в идеале – еще и высушивать. Чем компактнее отходы, тем лучше, поэтому пакеты и коробки рекомендуют разрезать и сжимать. Это же касается тетрапаков, которые стоит и ополаскивать изнутри, и разрезать, и сминать. Стеклотару тоже стоит сдавать чистой, а вот лампочки и битое стекло лучше выбрасывать отдельно.

Какие пластики сдавать и какие не сдавать в переработку и как их предварительно обрабатывать, лучше уточнять у оператора. У него же можно выяснить, куда отправятся собранные отходы и что из них получится.

Самоизоляция закончилась во многих регионах страны. Все стали возвращаться в привычный докарантинный режим. Однако проблемы с отходами на этом не закончились. Сейчас самое время задуматься о сортировке — проверить, действует ли в вашем районе система двух баков, или найти ближайший пункт сбора вторсырья на карте Recyclemap, 2ГИС или полезныйгород.рф и сдать туда макулатуру, отсортированный пластик, бутылки и крышечки от них, металл и опасные отходы.

Сортируйте бытовые отходы и не забывайте о рекомендациях Роспотребнадзора, чтобы не подвергать опасности других, – выдерживать потенциально заразные вещи несколько дней перед тем, как отправить в мусорный контейнер.