TERRITORIЯ смыслов

Театральный режиссер, заслуженный артист России Дмитрий Брусникин – о тобольском вербатиме, честной дискуссии и своем участии в проекте «Арт Лаборатории».

Дмитрий Брусникин

Человек – это большая тайна, неизведанная территория. Как только ты сближаешься с ней, касаешься ее, она всегда удивляет, поражает, независимо от города.


Расскажите о своем участии в проекте «Арт Лаборатории». Почему вы взялись за эту работу? Остались довольны результатом?

Это очень интересно. Интересный город с колоссальной историей, который имеет немного мистическое название «Тобольск». Это культурный центр Западной Сибири. Фестиваль TERRITORIЯ обратился ко мне с предложением курировать «Лабораторию» в Тобольске, и я согласился. Изначально мы не ставили задачу сделать спектакль – мы стремились познакомить актеров с технологией «вербатим», с помощью которой создаются документальные спектакли. Это интересно и важно с точки зрения профессии. Мы используем эту технологию в педагогической деятельности в школе-студии МХАТ. Например, мои студенты, сейчас уже выпускники, сделали спектакль «Это тоже я» во время обучения по документальному материалу, собранному в процессе работы с самыми разными слоями населения.

Почему был выбран именно вербатим – документальный жанр? Чем он был интереснее других инструментов?

Год назад мы, вооружившись диктофонами, со всем первым курсом студентов совершили поездку на поезде Москва – Владивосток – Москва. Через две недели у студентов было больше сотни уникальных интервью. Это очень интересная технология, способ узнать место, где ты живешь, узнать, кто вокруг тебя, чем живут эти люди, какие у них страхи и надежды. Важно, что люди в процессе интервьюирования становятся очень доверчивыми, и поэтому часто получается, что они рассказывают незнакомому человеку самое сокровенное.

Каков был замысел «Тобольск. Доска почета» и насколько удалось его воплотить?

Режиссер-педагог Сергей Щедрин и драматург Марина Крапивина первый раз поехали в Тобольск в мае. Изначально мы думали, что именно драматург будет брать интервью. Но актеры очень быстро освоили технологию «вербатим» и стали работать сами. Я остался доволен материалом, который мы в итоге получили. Вообще, работать с артистами в Тобольске мне было комфортно и интересно. Надеюсь, что им со мной тоже. Мы сделали хороший показ эскиза спектакля, и я сразу подумал, что это не заключительный этап.

Работа с документальным жанром – работа с неизвестным на входе материалом. Чем удивили/запомнились истории/монологи людей – жителей Тобольска? Какими вы после завершения этой работы представляете себе Тобольск, его жителей и героев спектакля?

Документальный театр – это всегда работа в зоне эксперимента. Это акция знакомства с городом. Кто-то им гордится и не хочет уезжать, кто-то его стыдится. Ты видишь город и его жителей. Вообще, человек – это большая тайна, неизведанная территория. Как только ты сближаешься с ней, касаешься ее, она всегда удивляет, поражает, независимо от города.

Конечно, у Тобольска есть своя специфика – это город с большой историей, в том числе культурной, с прекрасной архитектурой. Я знал многое про этот город и до работы на «Лаборатории», но открыл его по-новому, работая над эскизом спектакля. Несмотря на то что материал был порой критический, я почему-то почувствовал душевное тепло и близость к Тобольску, он стал понятным, может быть, даже не таким морозным, каким был в ноябре.

Работа в Тобольске с местным коллективом – насколько это отличается от работы в Москве? Ваши впечатления от труппы? Насколько современные театральные формы интересны в провинции? Вы почувствовали интерес со стороны ваших коллег по цеху?

Я знал многое про Тобольск и до работы на «Лаборатории», но открыл его по-новому, работая над эскизом спектакля. Несмотря на то что материал был порой критический, я почему-то почувствовал душевное тепло и близость к Тобольску, он стал понятным, может быть, даже не таким морозным, каким был в ноябре.

Конечно, специфика работы отличается. Труппа только знакомилась с таким жанром, как документальный театр. Но актеры везде хорошие, и задача режиссера – искать к ним подход, уважать в актере и художника, и человека, и гражданина. Мои молодые коллеги рассказывали, что они испытывали сложность. Многие актеры сначала не понимали, зачем это нужно и почему они должны работать таким образом, когда привыкли иначе. Но нам удалось заинтересовать их, объяснить, что задачи, которые мы ставим перед ними, в первую очередь творческие. В итоге у актеров появилась рабочая конкуренция и все увлеклись процессом.

Как воспринял этот театральный продукт зритель, по вашему мнению?

После спектакля было бурное обсуждение, за которым было очень интересно следить. Если зритель видит честный портрет своего города и себя, то всегда появляется острая честная дискуссия. И в случае с Тобольском она была. Это самое важное, если говорить о зрителе, – честная дискуссия. Причем по реакции каждого, кто принимал участие в диалоге, можно было отследить его достаток и положение в обществе. И это было бы очень точное исследование – по высказываниям о спектакле.

Есть ли продолжение у этой работы? Развитие проекта, творческие планы...

Мы показали эскиз спектакля в ноябре, а в марте Сергей Щедрин поехал дорабатывать его и переносить на Малую сцену. Мы решили иначе расположить зрительный зал, и это оказалось удачно. Три премьерных показа прошли с аншлагом. Сейчас актеры готовятся к участию в Фестивале театров малых городов. Сделана видеоверсия спектакля, и, может быть, получится принять участие в других театральных фестивалях. Я считаю, что если появится человек, который будет следить за спектаклем со стороны, то он будет жить.